аберрометр1

– И как же этот таинственный прибор вообще работает? Вы же говорите, что в случае предельно мутного хрусталика никому и ничего не видно: ни пациенту, ни врачу, ни инструменту. Свет же, по вашим словам, не проникает.

– Вот! В том-то и хитрость. Когда катаракта убирается, открывается что? Правильно, вид на сетчатку. Именно в этот момент используется аберратор. Пациента просят смотреть на зелененькую точечку, которую видно даже без хрусталика, и пока он смотрит,  машина  делает измерения. Она учитывает не только кривизну роговицы,  длину глаза, но обрабатывает и фронт волны. В результате ты имеешь более точные данные, что крайне важно.

– Почему это так важно ?

– Потому что если измерять ультразвуком, то получается, скажем, такой хрусталик – 23 с половиной диоптрии. А аберрометр говорит: «Нет, дорогие мои! С учетом всего, что вижу я, нужно 23,75». Занимает это все 10 секунд, за которые обрабатывается гигантский объем информации. И становится ясным, какой же именно нужен хрусталик.

– Дорогая штука?

– Машина принадлежит нашему хирургическому центру,  который счел необходимым ее купить и обучить персонал. Таких сложных катаракт, как я описывал, не так уж много, но для покупки машины есть и не менее важная причина.  За последние 20 лет было сделано 40 млн лазерных коррекций. Приходит, скажем, человек 63 лет с катарактой, но форма роговицы у него так изменена лэйсиком, что все обычные формулы уже недействительны. У него было -7, когда ему сделали лэйсик, с которым он 20 лет проходил, врач делает измерения и думает, что у пациента должен быть хрусталик 22 диоптрии и зрение будет 20/20. А получается +10 или -6.  Планируется одно, получается другое. Вот для чего и для кого нужен аберрометр.

– Значит, машину эту изобрели не только для дедушек и бабушек?

– Есть множество людей, которые хотят получить очень точные рефрактивные результаты.  Пациент говорит врачу: «Слушай, я лэйсик в свое время сделал, а сейчас у меня катаракта, и мне говорят – может быть, придется носить очки. Нет! Никаких очков!  Сделай мне катаракту так, чтобы у меня все было окей». Врач отвечает: «У тебя сложная катаракта, я могу постараться, но гарантировать не могу».  Пациент: «Нет, ты мне гарантируй».  Для такой гарантии и делается эта процедура. Адресована она в основном бывшим бэби-бумерам, которые привыкли ко всему самому лучшему, они уже отвыкли от очков, очки для них – это каменный век, технология, придуманная пятьсот лет назад какими-то монахами.

– А в офисе у вас еще какой-то другой аберрометр?

– Да, тот назывется OPD , он тоже анализирует фронт волны, и таких машин, думаю,  две-три на весь Лос-Анджелес.  Она может разложить по векторам, где какая происходит погрешность. Ты посадил пациента у этой машины, и через три секунды  без болезненного сканирования машина показывает, может ли этот пациент видеть 20-20. Или нет. Скажем, если такой-то показатель больше, чем 0.41, то идеальное зрение невозможно. Что бы ты ни делал, какие бы очки или контактные линзы ни ставил, невозможно получить хорошее зрение.

– Какие опции есть у пациента? Получается, не лазером единым жив человек.

– Когда приходит пациент, у нас ему все объясняют. Я говорю, что мы можем  убрать вашу катаракту лазером, мы гарантируем, что заодно уберем астигматизм и вы будете видеть настолько хорошо, насколько возможно в вашем случае. Можно вставить волшебный хрусталик, можно сделать и то, можно и это, а также то и другое,  и понятно, что получаются большие суммы. Не все могут себе позволить. Ну а что, если у тебя просто нет денег на лазер? Тогда у нас есть специальная программа без использования лазера, но при помощи других приспособлений, однако тоже дающая хороший результат. И мало того, я этот результат гарантирую.

– А если есть опция с другими приспособлениями, зачем лазер вообще?

– Существуют разные технологии, и наличие выбора всегда лучше его отсутствия. В любом случае, мы делаем все от нас зависящее, чтобы в каждом конкретном случае добиться наилучшего результата. Не все зависит только от техники, нужен еще хороший хируг, который, вращая хрусталик внутри глаза, делает доводку в режиме реального времени. Ни один инструмент сам по себе не дает этой гарантии, все равно возможны мелкие погрешности, просто инструмент существенно понижает риск.

– Какой риск остается?

– 3-5% вероятность, что у тебя немножно другая анатомия, и несмотря на то, что хрусталик вычислен правильно, у тебя немного другой зазор, и что-то идет слегка не так. Единственное, чем можно обеспечивать гарантию – это лазерной коррекцией.  И у нас это есть. Вы, например, говорите: «Я не могу себе позволить лазерную операцию катаракты, но  сделайте так, чтобы мне не нужны были очки».  И если вам сделали катаракту и все равно вам нужны очки – не проблема, и ничего больше платить не нужно: мы вам сделаем лэйсик и доведем уровень зрения до обещанного. В среднем где-то каждый пятый делает лазерную коррекцию, и получается, что пятеро платят за одного.

– Иначе говоря, если у меня нет денег на самую роскошную….

Человек, у которого нет денег на самый дорогой вариант, как бы покупает бесплатную страховку своего рода. Ведь наша цель, в конце концов, совпадает с целью пациентов – найти способ вернуть людям полноценное зрение, а с ним и, простите за пафос, красоту мира. Потому что без красоты не жизнь.

двое против4

#LASIK, #CATARACT, #GLAUCOMA:

Take advantage of the latest technology and one of the best teams in LA

 

1 часть