310.275.5533call or text

Блог

ЕСТЬ ЛИ ЖИЗНЬ ПОСЛЕ ВТОРИЧНОЙ КАТАРАКТЫ?

Дата публикации: 2022-11-02

Вторичная катаракта или after-cataract, как и первичная, развивается медленно, кажется, что в целом все нормально, просто зрение уже не такое яркое и острое, каким было в первые годы после операции. Возникает по причине клеток бывшего хрусталика, которые размножаются и распространяются на поверхность капсулы, которая в свою очередь начинает черстветь и мутнеть. Решение относительно простое: делается процедура с помощью лазера YAG (yttrium aluminum garnet).

ЕСТЬ ЛИ ЖИЗНЬ ПОСЛЕ ВТОРИЧНОЙ КАТАРАКТЫ?

Ответ на этот вопрос я узнал после коротенькой лазерной процедуры: жизнь только начинается. Формула, мягко скажем, не новая, но других пока нет. В прошлый раз я худо-бедно описал свои ощущения, так что сегодня пришла пора поговорить с доктором. Уверен, что мало кто знает об этой проблеме, несмотря на то, что случается она не так уж и редко. И еще меньше людей знают, что проблему эту можно решить.

– Эту захватывающую тему мы ни разу не освещали ранее. Что такое вторичная катаракта?

– Начнем с первичной. Как известно нашим читателям, катаракта – ведущая причина ухудшения зрения, включая слепоту. Новейший способ решения этой проблемы – лазерная процедура. Под капельной анестезией делается микроскопический надрез, помутневший хрусталик удаляется и на его место ставится искусственный хрусталик. В умелых руках это – рутинная процедура. Часто задают вопрос: а как держится хрусталик внутри глаза? Затвердевший «леденец», в который с возрастом превращается естественный хрусталик, находится в капсуле. Поэтому задача хирурга заключается в том, чтобы сделать ровненькое круглое отверстие в передней части этой капсулы, раздробить катаракту, но сохранить при этом капсулу, толщина которой в самом тонком месте равна 4 микронам, т.е. четырем миллионным метра. И если операция сделана правильно, то капсула остается нетронутой, новый хрусталик ставится с ювелирной точностью, и обычно уже на следующий день пациент может оценить свое новое зрение.

– Что происходит потом?

– В течение нескольких недель и даже месяцев капсула стягивается вокруг хрусталика и положение стабилизируется. Теперь переходим к нашей теме. Со временем сама эта капсула тоже теряет кондиции. Ситуация усугубляется тем, что при не очень аккуратно сделанной операции в глазу остаются клетки бывшего хрусталика. Они начинают размножаться и распространяться на поверхности капсулы, которая в свою очередь начинает черстветь и мутнеть. Вот этот процесс и называют вторичной катарактой. По-английски after-cataract, т.е. «катаракта после катаракты». Вторичная, как и первичная, развивается медленно и порой пациент или даже врач могут это заметить не сразу. Человеку кажется, что в целом все нормально, просто зрение уже не такое яркое и острое, каким было в первые годы после операции. Видимо, сказывается старость, думает он или она, нужно просто очки поменять. Но когда доктор расширяет зрачок и смотрит в суть проблемы, то видит помутнение капсулы. Бывает, что увидеть не так уж легко даже для врача, особенно когда у него нет адекватного оборудования.

– Я правильно понимаю, что сама капсула прозрачная? Во всяком случае, должна быть такой?

– Она похожа на прозрачную пластиковую пленку, в которую мы заворачиваем сэндвичи, только еще тоньше. А со временем она превращается в такую, что ли, «восковую бумагу».

– Помутнение капсулы всегда вызвано неудачной операцией катаракты или оно случается по прошествии лет и после удачной тоже?

– В капсуле есть дырка, которая, как вы понимаете, не может помутнеть. Некоторый парадокс заключается в том, что у пациентов с самыми продвинутыми хрусталиками, – торическими, мультифокальными, – чувствительность к помутнению капсулы выше. Люди настолько привыкают к хорошему зрению, что замечают раньше, когда что-то не так. Они фиксируют даже мельчайшие изменения.

– К лучшему человек привыкает быстрее и отвыкает труднее. Так в чем состоит решение проблемы вторичной катаракты?

– Решение относительно простое: делается процедура с помощью лазера YAG (yttrium aluminum garnet). Это специальный лазер, позволяющий доктору филигранно рассечь капсулу и вернуть вам то зрение, которое у вас было после первой операции катаракты. Т.е. ту чистую и умытую «картинку» которая у вас была.

– Моя ностальгия по той потрясающей картинке после лазерного «выстрела» у вас в офисе, занявшего всего несколько секунд (если не считать тщательной подготовки), была полностью удовлетворена. Я совершнно не ожидал такого результата, и теперь просто наслаждаюсь зрением. Не думал, что это будет еще возможно. Думаю, читающий нас мысленно спрашивает: а почему после первой операции катаракты не сделать эту капсулотомию сразу?

– Это не делается сразу по ряду причин, да и капсула мутнеет не у всех. Тут тоже свои парадоксы, поскольку процесс заживления не только индивидуален, но и зависит от возраста. У людей, которым сделали катаракту в более молодые годы, помутнение будет в 70% случаев. Среди пациентов старше 60 лет вероятность помутнения капсулы в течение 3 лет равна 40%. Сейчас, повторюсь, это не очень тяжелая проблема. В былые времена приходилось снова посылать пациента в операционную и бороться с помутневшей капсулой разными тяжелыми путями. Теперь это можно сделать за 10-20 секунд в офисе, хотя и не в каждом. Оба глаза мы никогда одновременно не делаем, обычно с промежутком в несколько дней.

– А бывает ли, кстати, такое, что вторичная катаракта возникает только в одном из глаз?

– Конечно, тем более, что первую операцию нередко делают разные хирурги. К примеру, правый глаз вам кто-то прооперировал удачно, а левый делал уже другой хирург – и не очень. Не будет сюрпризом, если именно в левом капсула помутнеет. Очень многое зависит и от техники, которую используют хирурги. К тому же жизнь вообще ассиметрична, и глаза не всегда идут вровень. Но, сделав капсулотомию на одном глазу, пациенты обычно просят сделать и на другом, потому что становятся чувствительнее к ухудшению зрения, сравнивая оба глаза. Ведь все наши ощущения носят сравнительный характер.

– Каким образом лазерный луч, которым вы «стреляете», фокусируется именно на капсуле? Нет ли риска промахнуться и выстрелить мимо цели?

– Лазерный луч фокусируется как конус. Поэтому только в одной точке он находится в фокусе, и за пределами этой точки луч рассеян. Промахнуться нельзя, потому что помимо YAG-лазера в процедуре участвует другая, гелиевая лазерная система, которая делает процедуру контролируемой, и хирург видит, где находится конус. Чуть дальше или чуть ближе – ты видишь две точки, а только когда фокусировка правильная, ты видишь одну точку.

– Что происходит сразу после этого безболезненного лазерного «удара»?

– Происходит точечный микроскопический взрывчик, диапазон которого – 5-10 микрон. Капсула рассекается и в ней образуется дырка. Мушки, которые вы некоторое время видели после процедуры, это мельчайшие кусочки капсулы.

– Да, где-то с неделю я видел приличную такую черную мушку, которую иногда чуть ли не ловил руками. Но потом исчезла и ни слуху ни духу.

– В принципе эти мелкие мушки никуда не делись и по-прежнему там плавают, но они отдалились от центра, поэтому вы их не видите. Либо мозг просто их выключает.

– Мне сделали катаракту, как вы только что описали, два разных врача с некоторым промежутком. Интересно, что капсула помутнела, а сам хрусталик – нет, хотя прошло столько лет. Искусственные хрусталики морально не устаревают? Точнее, физически?

– Сейчас, конечно, есть хрусталики более усовершенствованные, но все это уже тема для отдельного разговора. Пока лишь коротко скажу, что после операций катаракты, сделанных при помощи ультразвука, как в вашем случае, есть вероятность проблем, и с годами хрусталик действительно может начать отваливаться, повышается внутриглазное давление, ведущее к глаукоме, ухудшается зрение, и сами подвески, которые держат хрусталик, начинают разрушаться.

– Что-то можно сделать и в этом случае?

– Нужно «старый новый» хрусталик убрать и на его место поставить другой. Суть в том, что сам хрусталик помещается в капсуле, но подвесок, прикрепленных к капсуле, уже нет. Поэтому новый хрусталик пришивается к стенке глаза. Это крайне сложная операция, которую в этом городе, насколько мне известно, хорошо делают лишь несколько человек, и с одним их них вы знакомы. К нам иногда присылают пациентов с такой проблемой другие врачи, и мы это делаем. Чтобы было понятно, это как строить кораблик в бутылке. Вы же не можете снаружи все это припаять и привязать, эта операция требует определенных навыков, этому нужно долго учиться, за это мало платят, поэтому мало кто этим владеет. Но в каждом крупном городе найдутся несколько хирургов, которые это умеют делать.

– По описанию, это уникальная процедура, почему же за нее мало платят?

– Вопрос не ко мне. Разумеется, не все идут таким непростым путем, ведь можно просто выкорчевать старый хрусталик, поставить новый хрусталик в переднюю камеру глаза – и пошел. А можно сделать все как нужно и должно, со специальными инструментами, специальными иглами и специальным хрусталиком.

– Мне кажется, так обстоит в медицине не только с глазами. И даже не только в медицине.

– Главное, не закрывать на проблему глаза.

В. Койфман